Последние полгода мне приходилось много общаться с людьми. Очень много. Я уже начинала их ненавидеть, мечтала о том, чтобы уехать куда-нибудь и ни с кем не разговаривать. Но работа и дела не отпускали. Еще и поездка к родственникам. Этого я больше всего не хотела: каждому рассказывать о своей жизни, с кем-то говорить. И мое тело  меня услышало, я подцепила ветрянку. Первые 3 дня я серьёзно думала, что умираю, пока не вылезли пятна. В больнице врач пообещал мне семь дней одиночества. Меня положили в палату, где я была одна, не было вай-фая, а сотовая сеть ловила только у окна. Первые дни я спала, температура и зуд в теле не давали покоя по ночам, я плакала, терпеть было невозможно. В палату заходили редко: сделать капельницу, помыть полы, утренний обход врача. Еду давали через окошко. Видела только руки того, кто протягивал мне мой обед, завтрак или ужин. Через пару дней я уже начала различать по звуку, кто едет: капельница или мой обед. Если первой ехала капельница, я злилась, потому что потом есть холодный суп было не здорово.

    Но со временем я поняла, что лежать в больнице кайфово. Я никогда до этого ещё не оставалась один на один с собой так долго. В день выписки я поняла, что выписываться я не хочу. Я просто боялась снова общаться с людьми. 

Проекты